— Думаете, ваши солдаты не вправе были ожидать, что вы хоть что-нибудь сделаете для их семей?
Подойдя ближе, Эшби едва не пригвоздил Изабель к стене горящим взглядом своих глаз.
Не желая сдаваться, она выдержала взгляд мужчины.
— Возможно, если бы вы услышали имя моего брата…
— Я знаю, кто вы, Изабель.
Сердце Изабель подпрыгнуло в груди.
— Вот как? — спросила она, внезапно ощутив, что ей не хватает воздуха. Ребенком она сходила по нему с ума, в то время как все вокруг считали его безнравственным и грешным. Скандально известный повеса, игрок, дамский угодник — вот небольшой список эпитетов, которыми награждали его в обществе. Но Изабель всегда считала, что благодаря уникальному характеру Эшби стоит особняком в компании молодых богатых повес.
— Вы повзрослели, — тихо произнес граф. — В день нашей последней встречи на вас было короткое голубое платье, а голову венчала копна непослушных кудряшек.
Горячий румянец залил щеки Изабель.
— Это было семь лет назад.
В день их последней встречи на Эшби был надет парадный мундир: белые бриджи, голубой доломан с серебряными шнурами поперек, груди и такого же цвета ментик, свисающий с плеча. Граф был неотразим. Тогда Изабель здорово осрамилась перед ним. Ей было пятнадцать лет.
— Вы оставили у себя Гектора, — произнесла она.
— Я же вам обещал. — Черная атласная маска скрывала большую часть лица, но оставляла открытыми упрямо сжатую челюсть, подбородок и губы, которые, как узнала Изабель, не только выглядели мягкими.
Оторвав взгляд от лица графа, Изабель опустилась на ковер и издала тихий мелодичный свист. Огромный пес приподнялся, настороженно поводя ушами. Затем он подошел ближе и обнюхал ее руку.
— Привет, Гектор. Ты меня помнишь? — Изабель погрузила пальцы в густую блестящую шерсть и принялась почесывать пса за ухом. — Когда-то мы были настоящими друзьями. Ты был тогда крошечным щенком. — Пес гавкнул и счастливо завилял хвостом. Изабель рассмеялась: — Господи, как же ты вырос! Стал таким красивым, большим и сильным. — Она подняла глаза, стараясь поймать непроницаемый взгляд Эшби. — Я вижу, о тебе очень хорошо заботились.