Здесь живет мой брат Реймонд, — объявил. Фенела. — Сейчас он в море, так что если уж вы непременно хотите подселить к нам кого-нибудь, то им всем придется спать здесь.

— Интересно, а если я лично займу его комнату, Реймонд сильно обидится?

— Значит, вы сами собираетесь поселиться у нас?

— Ну, только если вы не возражаете…

— Что ж, жизнь у нас не очень-то комфортная. Вы уже, наверное, поняли, что слуг сейчас нет, все хозяйство ведем мы с Нэнни.

— Неужели некого нанять?

Фенела отрицательно покачала головой с самым суровым видом.

— Поблизости — некого. Сказать по правде, нас не очень-то жалуют в Криперсе. И если уж совсем начистоту, — добавила она, — то останавливаться в нашем доме просто небезопасно для вашей репутации.

— Надеюсь, моя репутация такова, что ей ничто не повредит, — заявил в ответ на это майор, и тон его был не менее серьезен, чем тон Фенелы. — Но за заботу о ней — спасибо. Я этого не забуду.

— Я всего лишь хотела заранее предупредить. Ведь вы, по-моему, здесь чужой и с местными нравами не знакомы.

Близко — нет, но подозреваю, что они не сильно отличаются от нравов во всех остальных сельских местностях Англии: предрассудков хоть отбавляй.

Фенела засмеялась.

— О да! Не мешало бы убавить хоть самую малость. Саймону Прентису с семейством пришлось от них порядочно натерпеться…

— А я-то думал, что художникам позволено больше, чем остальным смертным…

— О, только не в деревушке Криперс!

Они пожали друг другу руки, и Рекс Рэнсом пообещал вернуться попозже.

— Бесполезно, Нэнни, — устало заметила Фенела, — если военным заблагорассудится, они все равно смогут распоряжаться всем в доме, а майор Рэнсом хотя бы производит впечатление порядочного человека. Он будет здесь только завтракать и обедать и сказал, что пришлет своего денщика убирать его комнату.