— Чепуха! — оборвал его отец, безупречно одетый мужчина, приближавшийся к своему восьмидесятилетию. — Уверен, что она не помнит тебя, и это, возможно, к лучшему.

— Чудесно! — саркастически заметил Рамон.

— Для этого брака есть очень серьезная причина.

— Неужели? И какая же, интересно? — надменно подняв густые черные брови, осведомился сын дона Педро Вильальбы.

— Короче говоря, дон Родриго, ее дедушка, умирает.

Рамон нахмурился.

— Что с ним?

— Боюсь, у него рак. Ему осталось жить не больше шести месяцев. Ты можешь представить, что произойдет с этой девушкой, если она останется одна-одинешенька, имея огромное состояние, которое унаследует от деда? Не говоря уже о том, что кому-то необходимо управлять империей Родриго, — добавил он, бросив на сына быстрый острый взгляд.

— Так вот в чем дело, — протянул Рамон. — Дон Родриго полагает, что я — подходящая кандидатура на роль его преемника, не так ли?

— Я бы сказал, что это большая честь, учитывая размеры и сложную структуру его многочисленных деловых предприятий.

— Если смотреть на эту сделку с твоей точки зрения, — с раздражением возразил Рамон. — Но есть одна проблема.

— Какая же? — дон Педро вопросительно поднял брови, дожидаясь, пока сын ответит ему.

— У меня нет никакого желания жениться.

На мгновение воцарилось молчание. Наконец отец сказал:

— Рамон, брак с Неной…

— Которая практически годится мне в дочери… пренебрежительно прервал его отпрыск.

— Ничего подобного! Если, конечно, ты не стремишься попасть в Книгу рекордов Гиннесса как самый молодой отец, — пробормотал дон Педро с сухим юмором. — Этот брак — о котором я говорил, когда ты так невежливо прервал мою речь, — едва ли как-то ограничит твои… э-э-э… твой образ Жизни. Я уверен, Нену воспитали с сознанием того, что ей придется вступить в брак по расчету. По правде говоря, я не видел ее несколько лет. Она находилась в пансионе — в монастыре Святого Сердца, — продолжал он с удовлетворенной полуулыбкой, — что само по себе является хорошим предзнаменованием.