— Отец, эта идея совершенно абсурдна! — вскипел Рамон и, вскочив со стула, принялся мерить шагами кабинет. Его стройную атлетическую фигуру облегал элегантный итальянский костюм из синего шелка. — Вы с доном Родриго не подумали о том, что сейчас не Средневековье. Я не могу согласиться с таким безумным планом.

— По крайней мере подумай о нем. Просто раскинь мозгами, — рассудительно сказал дон Педро. Это была бы блестящая возможность для тебя. Я имею в виду, в деловом смысле.

Глаза Рамона вспыхнули, и он расправил плечи.

— Если ты думаешь, отец, что я свяжу себя браком по расчету из желания улучшить состояние моих далеко не убыточных предприятий, то позволь мне сразу избавить тебя от подобной мысли, — колко ответил он.

— Я не хотел выразиться именно так, — осторожно возразил дон Педро, внимательно следя за реакцией сына. — Возьми хотя бы нас с матерью. До свадьбы мы почти не знали друг друга. И посмотри, как чудесно сложилась наша жизнь. Женившись на твоей матери, я ни разу не взглянул на другую женщину, а я, будь уверен, в молодости был парень не промах! — Он довольно расхохотался. — Что касается возраста… что ж, твоя мать моложе меня на двадцать лет. Ты старше Пены менее чем на тринадцать, так что я не считаю это серьезным препятствием. И к тому же тридцать два года — это возраст, когда пора подумывать об устройстве детской… Могу я сказать своему старому другу дону Родриго, что ты, по крайней мере, подумаешь о его предложении? Отказать ему сразу значит попросту оскорбить его.

В этом отец, безусловно, прав. Честь, которую оказывает Рамону один из богатейших людей в мире, предлагая сделаться его зятем и взять на себя огромную ответственность за все его деловые предприятия, — не пустяк. Не правильное поведение может разрушить дружбу между двумя стариками, которая связывает их фактически всю жизнь.