В голосе Ральфа слышалось неодобрение, но Беатрис воспрянула духом.

Целый день проводят у телевизора? Только и всего? Наверное, ему не приходилось сталкиваться с трудными детьми.

— Там ведь есть еще девочка?

— Софи, — подтвердил он. — Малышке семь лет. Ужасно избалованное создание. Поверьте, я очень рассчитываю на вас, я… нуждаюсь в вашей помощи, — добавил Ральф, впервые позволив себе проблеск какой-то задушевной открытости. — Хочется верить в блестящую рекомендацию, которую вам дало агентство, и…

— О да, — смущенно поспешила успокоить его Беатрис. — Не сомневайтесь, пожалуйста, мистер Маккензи. У нас все будет хорошо.

— Но ты ведь терпеть не можешь детей! — воскликнула Тереза, когда Беатрис впервые поделилась с ней своим авантюрным планом.

— Не стоит сгущать краски, — возразила Беатрис. — Меня раздражает только бесконечная возня, а эти… они достаточно большие, им ведь не нужно менять все время пеленки.

Девушки сидели в переполненном баре недалеко от офиса Беатрис, они потягивали вино из высоких бокалов и лакомились жареными орешками.

— Но они же нуждаются в тепле, в постоянном присмотре… Здесь недопустимо легкомыслие, — настаивала Тереза.

— Я не вижу в этом ничего сложного, — бодро заметила Беатрис. — Ты же говорила, что там еще есть женщина, которая готовит и убирает дом, так что мне остается развлекать их и обеспечивать негласный полицейский надзор.

— Не могу поверить в серьезность твоих намерений. — Тереза с недоумением посмотрела на подругу. — Ты никогда не испытывала ни малейшего интереса к Шотландии и еще меньше к детям, и теперь ты говоришь, что хотела бы провести несколько недель в Шотландии? Да еще и Рождество? Вместо того чтобы встретить праздник, отдохнуть в кругу семьи?