— Обычно около двух с половиной часов, — ответил он, переключая первую скорость. — Сегодня — все три… Утром был сильный дождь, и прогноз погоды самый неутешительный.

Словно в доказательство его слов, дождь, подгоняемый порывистым ветром, с силой ударил в ветровое стекло.

— Три часа? — поразилась Беатрис. — За это время можно проехать полпути до Лондона.

— Да, но только теоретически. По прямой Кроуфорд не так уж далеко, но приходится делать объезд, огибая пару морских заливов, затем — через высокие холмы, а там сейчас много снега. Даже в лучшее время это не простая дорога, так что… Извините, придется потерпеть.

В его голосе не было и тени сочувствия.

— Мы не могли бы остаться здесь на ночь и продолжить путешествие завтра утром? — предложила Беатрис с робкой надеждой.

Она еще в Лондоне не поленилась взглянуть на карту и теперь уже не сомневалась, что объезд займет уйму времени. После десяти часов, проведенных в поезде, трястись столько ночью в этом драндулете казалось невыносимым.

— Я путешествую уже целый день, — сдержанно напомнила она Ральфу, надеясь пробудить его рыцарские чувства, но с таким же успехом можно было достучаться до глухого.

— Вы же просто сидели в поезде, — констатировал он, будто робот.

— Да, но десять с половиной часов! — возмутилась Беатрис. — Или вы считаете, что этого мало? Неужели мне, чтобы иметь право на усталость, обязательно нужно продираться сквозь джунгли?

— Вот если бы вам пришлось одиннадцать дней пробираться через джунгли, можно и заикнуться об усталости, — многозначительно произнес Ральф, не глядя на нее. — Как я понял, нежась в роскошном купе, вы не утруждали себя ничем, даже чтением, судя хотя бы по отзыву о моей книге. На что же вам жаловаться? Я ведь не прошу вас вести машину, отдыхайте… поспите, если угодно.

— Я не могу спать в машине! — вспылила Беатрис. — Я потом чувствую себя совершенно разбитой.