— А что, если ради развлечения или самоутверждения?

— Ради развлечения скакать на диких быках?

— Платили большие деньги, — признался он. — Я много заработал. Ты права, Кейтлин, — я раньше не был бесшабашным человеком. Меня устраивала работа на ранчо. Но родео меня затянуло настолько, что я уже не мог остановиться. Да и деньги платили немалые.

— Но люди, случается, гибнут на этих скачках.

— Случается и такое, — Флинн небрежно пожал плечами. — Но я цел и невредим. К тому же опасность компенсировалась.

Кейтлин продолжала красить ограду.

— Компенсировалась чем? — спросила она.

— Ковбои меня уважали, а женщины обожали.

— И тебе это нравилось.

— Какому же нормальному мужику неприятно поклонение женщин? Именно на родео я познакомился с Элизой.

Кисть с краской застыла у Кейтлин в руке.

— Элизой?

— Моей женой. Она слонялась вокруг арены, мы разговорились, а потом стали встречаться. Как-то я сильно напился, а на следующий день с похмелья женился на ней.

— Но ты, наверное, любил ее? — стараясь быть безразличной, спросила Кейтлин.

Флинн попытался вызвать в памяти облик бывшей жены… и не смог. Странно. Вот Кейтлин он всегда отчетливо себе представлял, несмотря на долгие годы разлуки.

— Совместная жизнь у нас не получилась.

Я тебе уже об этом говорил.

— Но ты ведь любил ее? — снова спросила Кейтлин — как показалось Флинну, каким-то странным голосом.

— Черт! Не знаю. Что касается сексуальности, то Элиза была весьма соблазнительна. Но любовь? Боюсь, я не знаю, что это такое.

— А ты ожесточился, Флинн.

— Я просто реально смотрю на жизнь.

— Элиза была красивой? — поинтересовалась Кейтлин.

— Да, — Флинн попытался заглянуть Кейтлин в глаза, но она отвернулась. — Что еще ты хочешь знать об Элизе?

— Больше ничего. Но каким образом ты смог купить закладную — это мне очень хочется знать.