Не глядя ему в глаза, Кейтлин ответила:

— Я люблю все заканчивать вовремя. На ранчо всегда полно дел, Флинн, и тебе это известно.

— Конечно. И на ранчо должно быть достаточно работников. — Но я не могу содержать много людей. И ты это тоже знаешь. К чему этот допрос, Флинн? Тебе хочется унизить меня? Не удастся. Ни тебе, ни кому-либо другому.

— Но ты доведешь себя до полного истощения.

— У меня нет выхода. Что касается платы, то не беспокойся — ты ее получишь.

Эта напористая девчонка не была похожа ни на одну из знакомых Флинну женщин.

— Выход есть, — спокойно сказал он.

Ее глаза засветились надеждой.

— Да?

— Продай мне ранчо.

Кейтлин, забыв про головокружение, вскочила на ноги.

— Ты смеешься надо мной?

— Неужели это так смешно?

Выразительные глаза Кейтлин метали молнии.

— Ранчо не продается.

— Ты еще не знаешь моих условий, — продолжал Флинн и назвал сумму.

Во взгляде Кейтлин промелькнуло что-то похожее на удивление. Искушение было велико. Но она отрицательно покачала головой.

— Нет, Флинн.

— Обдумай мое предложение.

— Не собираюсь. Я люблю ранчо. Это мой дом, дом моих родителей. Я просто не могу от него отказаться.

— Это еще не все, Кейтлин. Ранчо может по-прежнему оставаться твоим домом.

Он привел ее в полное замешательство.

— Каким образом? Ты предлагаешь мне здесь работать?

— Я прошу твоей руки.

Душевное волнение отразилось в глазах Кейтлин, на ее лице. У Флинна замерло сердце, пока он ожидал ответа.

Но вот он услыхал его. Голос Кейтлин прозвучал презрительно:

— Выйти замуж? За тебя?

Он уловил интонации ее матери, благовоспитанной красавицы южанки, в чьих глазах Флинн Хендерсон был всего лишь простым ковбоем.

— Почему же нет? — насмешливо спросил он.

— Назови хотя бы одну причину, почему мне следует согласиться.

— Ты сохранишь свой дом.