Чармиан нахмурилась, стараясь сосредоточиться на образах, которые кружили в ее памяти. Но они никак не складывались во что-то определенное. Тогда она просто тряхнула головой, стремясь прекратить этот водоворот мыслей. Невозможно сразу вспомнить, где и когда она его видела раньше. Он мог останавливаться в одном из отелей, где она работала. Но, несомненно, они не встречались лицом к лицу, потому что забыть его было невозможно.

– И у вас нет братьев… или сестер?..

Чармиан заметила, что он слегка замешкался, перед тем как произнести последнее слово.

– Нет, – спокойно ответила она, – у моих родителей не было других детей.

Это, по крайней мере, было правдой… А что до остального… Она считала, что имеет право не упоминать о двоюродной сестре, дочери опекуна. Между ними никогда не было близких отношений. Рейчел от души ненавидела и третировала Чармиан. А та попросту боялась сестру.

Когда Чармиан стала старше, страх ушел. А, покинув дом опекуна, она наряду с чувством облегчения вдруг ощутила себя виноватой перед кузиной. Виноватой в том, что у нее была бабушка, к которой она могла убежать. А у Рейчел нет.

Чармиан попала в дом опекуна маленьким ребенком, только что потерявшим мать. Дядя давно овдовел и жил вдвоем с дочерью. С самого начала Рейчел угрожала Чармиан тем, что велит отцу выгнать племянницу из дома, если та не будет ей подчиняться. А Чармиан очень скоро узнала, что отец редко отказывает Рейчел. Лишь гораздо позже девочка поняла, что отношения отца с дочерью носили не совсем обычный характер: он проводил ночи в постели Рейчел.

Чармиан до сих пор содрогалась при мысли, что легко могла попасть в ту же ловушку, в которой оказалась ее двоюродная сестра. К счастью, Чармиан всегда неосознанно боялась опекуна и не поддавалась на его уговоры позволить ему вечером зайти к ней в комнату.