- Как ты помнишь, - медленно сказала она, - тогда я не обратилась в полицию, хотя именно так мне, наверное, следовало поступить.

Джоуи кивнул с самым искренним выражением лица. Чуть заметная щетина на подбородке делала его особенно мужественным и по-мужски привлекательным.

- Я знаю, Мадди, - сказал он. - Поверь, я бы не взял твоих денег, но у меня не было другого выхода.

Мадлен молчала. В самом деле, сколько можно спрашивать, что ему от нее надо? Очевидно, не денег, так чего же?

Джоуи подался вперед и положил руки на край ее стола.

У него были длинные узкие кисти и изящные пальцы пианиста.

Мадлен даже заметила, что ногти у него были ухожены и тщательно наманикюрены, и это ее удивило - насколько она помнила, Джоуи предпочитал подчеркивать свою мужественную грубоватость.

- Я хочу вернуться в кинобизнес, - сказал он. - А ты - единственный человек, который может мне в этом помочь.

Мадлен чуть-чуть приподняла брови.

- Мне бы очень этого хотелось, - быстро продолжил Джоуи, не дав ей вставить ни слова. - Еще одну роль, Мадди!..

Но только не в "ящике" - я не хочу больше работать на телевидении. Пошло оно к черту! Я хочу вернуться на большой экран.

Что ж, чего-чего, а наглости ему всегда было не занимать. Но не мог же Джоуи всерьез рассчитывать, что Мадлен поможет ему реанимировать карьеру, которую он своими руками пустил под откос шесть лет назад?

- Послушай, Джоуи, - медленно, с расстановкой произнесла Мадлен, внимательно следя за выражением его лица. - У тебя был шанс, но ты профукал его. Ты исчез именно тогда, когда все было в твоих руках. Твоей карьере конец.