По чистому небу плыли пушистые белые облака, и ясное солнце ярко освещало покрытые гравием дорожки и аккуратно подстриженные кусты. Здесь прошло ее детство, и теперь заканчивается юность. Неужели она больше никогда не сможет любоваться этой чудной зеленой дымкой, каждой весной окутывавшей окрестности ее родного замка?

Душу девушки охватила легкая грусть, и на какое-то мгновение захотелось плакать. Возможно, Марциана даже позволила бы себе уронить пару-другую слезинок, но в это время дверь в ее спальню отворилась, и в комнату быстро вошла взволнованная Ванда. На вытянутых руках она торжественно внесла подвенечное платье своей юной хозяйки.

— Пора, милостивая пани.

Девушка со вздохом оторвалась от окна и, подойдя к огромному зеркалу, предоставила себя в распоряжение горничной. Несколько мгновений — и вот уже по стройному телу заструился мягкий атлас нежно-голубого цвета, выгодно обрисовывая изящную фигурку юной невесты. Узкие рукава и широкий подол платья были густо расшиты золотом, открытые плечи девушки окутывала солнечная дымка, ниспадающая из уложенных в высокую прическу светлых волос, а хрупкую шею украсило изящное золотое ожерелье в форме сплетенных в одно целое маленьких незабудок. И в середине каждого цветка мерцали капельки бриллиантовой росы.