Замужество — какая смертельная глупость! Ева не понимала, как с ней такое могло случиться. В конце концов, она ведь служит в полиции! Ева всегда свято верила, что полицейский должен быть человеком холостым, ничем не обремененным, сосредоточенным только на своей работе. Было бы безумием воображать, что кто-то может найти время, энергию, силу духа на то, чтобы защищать законность, и одновременно на семью со всеми ее запросами и тонкостями.

Обе карьеры — а наблюдения неопровержимо свидетельствовали, что замужество представляет собой полноценную работу, — слишком многого требовали и заставляли крутиться круглые сутки как белка в колесе. Даже сейчас, в конце двадцатого века, в просвещенную эпоху технического прогресса, брак оставался браком. Дм Евы это короткое слово было синонимом другого — «кошмар».

Так или иначе, день был летним, приятным, к тому же выходным, что для Евы являлось большой редкостью. Она собиралась за покупками и заранее содрогалась.

Дело в том, что это только так говорится — «за покупками». Сколько Ева ни убеждала себя, что ничего особенного не происходит, легче не становилось. Ей предстояло заказать подвенечное платье.

Разве не сумасшествие?

Но пути назад не было. Рорк подловил ее в редкий момент слабости: оба, полумертвые и забрызганные кровью, радовались, что остались в живых. Что и говорить, умный мужчина умеет правильно выбрать время и место, чтобы сделать предложение. Женщине ничего не остается, кроме как ответить согласием — и погибнуть.

Во всяком случае, такой женщине, как Ева Даллас.

— У тебя такой вид, словно ты собираешься идти с голыми руками на банду наркодельцов, — заметил Рорк, войдя в спальню.