Ева, взявшись за туфлю, покосилась на него. «Слишком хорош!» — в который раз подумала она. Такая привлекательность уже граничит с преступлением. Мужественное лицо, колдовская грива густых черных волос, рот поэта и синие глаза убийцы. Тело его тоже производило достаточно сильное впечатление. Да еще этот легкий ирландский акцент… Все вместе действовало совершенно неотразимо.

— Мне предстоит кое-что похуже стычки с наркодельцами.

Уловив в собственном голосе жалобные нотки, Ева нахмурилась. Ей не было свойственно скулить. Просто она действительно предпочла бы схватку врукопашную с забулдыгами обсуждению последних моделей подвенечных платьев!

Она выругалась про себя, провожая глазами Рорка, расхаживающего по просторной спальне. Вечно он заставляет ее чувствовать себя дурой! Вот и сейчас он присел с ней рядом на их общую высокую, широкую кровать и взял ее за подбородок.

— Я в тебя безнадежно влюблен. Час от часу не легче! Ева знала, что он говорит правду. Этот обладатель невыносимо синих глаз, похожий на прекрасного, но порочного ангела кисти Рафаэля, действительно влюбился в нее!

— Слушай, Рорк… — Она собиралась глубоко вздохнуть, но успела побороть себя. Ей проще было справиться с каким-нибудь наемником, направившим на нее пистолет, чем с непрошеными чувствами. — Я свои обещания выполняю. Раз сказала — значит, сделаю.

Рорк приподнял густую черную бровь. Поразительно, но она, кажется, и в самом деле не отдает себе отчета, до чего соблазнительна сейчас — взволнованная, с кое-как подстриженными темно-каштановыми волосами, которые сама взъерошила небрежным прикосновением, с тревожной неуверенностью в огромных глазах цвета шотландского виски…

— Дорогая моя Ева… — Он поцеловал ее — сначала в губы, потом в подбородок с ямочкой. — Я в этом ни минуты не сомневался. — Рорк подумал, что если честно, то сомневался, и еще как! — У меня сегодня несколько важных дел, а тебя я не успел расспросить о планах. Ты вчера так поздно вернулась…