– Замолчи, отец!

Этот отчаянный вопль поразил не только Уильяма Дункана, но и ее саму. Она, во всем безропотно подчинявшаяся отцу, осмелилась говорить с ним в таком тоне!

– Я выхожу за Дэниела Филдинга замуж! И никакой он не дьявол!

– Скорее я отправлю тебя в ад, чем позволю стать его женой! – воскликнул Уильям. Глаза его полыхали такой ненавистью, что бедняжка вся съежилась от страха. – Снимай это позорище, дочь моя, и принимайся за работу! Мы уезжаем из этого Богом проклятого места сегодня же, не теряя ни минуты!

Джессика в изумлении уставилась на отца. Ей казалось, что она ослышалась. Сегодня, когда Дэниел ее ждет… Нет, это невозможно! Ведь счастье, какого она еще никогда не знала, такое огромное и безбрежное, было так близко…

– Но… куда? Куда мы поедем? – едва слышно прошептала она.

– Как куда? Дальше. Я буду читать проповеди язычникам, – высокомерным тоном отозвался Дункан, – а ты отправишься к тетке в «Виргинские дубы», где будешь замаливать свои грехи и где такие подонки, как Дэниел Филдинг, не смогут оказывать на тебя пагубного влияния. А теперь пошевеливайся, дочь моя. И сними наконец это платье! Ты в нем как какая-то потаскушка!

Джессика ахнула. Он хочет отправить ее к тетушке Евлалии в Луизиану… Нет, этого не может быть! Она этого не допустит! Не позволит, чтобы ее, как безропотную овцу, отправили за сотни миль от Дэниела.

– Нет! – воскликнула Джессика. И хотя не предвещающий ничего хорошего взгляд отца пугал ее, еще страшнее казалась перспектива уехать из Техаса. – Нет! – еще раз крикнула она и, попятившись, попыталась прошмыгнуть мимо отца к двери. – Я не поеду! Я хочу выйти замуж за Дэниела! Я…

Уильям бросился на дочь. Джессика не успела увернуться, и кулак отца пришелся ей прямо по ребрам. Не удержавшись на ногах, она упала прямо на сундук с вещами, больно ударившись о его острый угол. Ей не удалось сразу встать.