– Кометы во многих древних культурах Земли считались предзнаменованием дурных событий. Для нас же здесь, на Иокасте, их появление, возможно, будет иметь противоположный смысл, – промолвила Геймет и, подняв тонкий указательный палец, описала на карте вокруг планеты предполагаемую орбиту.

Присутствующие, сидевшие вокруг голографической карты, наклонились вперед к столу, чтобы лучше видеть.

– Комета миновала свой перигелий и движется вот уже вторые сутки к границам системы. А для того, чтобы выйти за ее пределы, ей необходимо четыре дня, – объяснила Геймет и активизировала последний элемент голографического изображения: на карте появилась мерцающая комета с ярким хвостом.

В зале послышались восхищенные возгласы и одобрительные восклицания. Геймет умела произвести нужный эффект, поэтому я и назначила ее руководителем презентаций.

– Вы уже дали ей имя? – с лукавым видом спросил лейтенант Земного Флота.

Мердок толкнул меня локтем в бок, выводя из состояния дремоты. Начала сказываться накопившаяся за два ночных дежурства усталость.

– Думаю, что номера будет достаточно, – холодно сказала я.

Предки моего дедушки по материнской линии, должно быть, были дальними родственниками одного астронома, который завещал присвоить его имя наиболее известной комете Земли. Хотя, возможно, все это лишь простое совпадение. Как бы то ни было, но в базе астрономических данных множество ссылок на комету Хэлли.

– Комета 002, – продолжала Геймет, бросая на меня взгляд, исполненный сожаления, – на своем пути за пределы системы пройдет между нашей планетой и звездой. Эта область космического пространства будет насыщена частицами ее хвоста.

Она активизировала функцию моделирования, и мы увидели, как комета быстро пронеслась мимо планеты, распыляя светящиеся в темноте газы и ионы.