Они не стали избирать нового короля. Когда привычный мир рушился прямо на глазах, это казалось предательством памяти Херрика. Тогда они предпочли оставить престол пустым, а вопрос о его наследовании - зависшим в воздухе. Но сейчас… Пальцы Лайдерса сжались на рукояти меча, и он понадеялся, что просторный плащ скрыл этот рефлекторный жест от взглядов присутствующих.

Пока от Камблера Лайдерса что-то зависит, пока он жив, он не допустит, чтоб дворяне Иберлена приняли предложенную им сделку. Лучше погибнуть, сражаясь с врагом, чем замарать свое доброе имя, предать память о прошлом и остаться жить.

- Милорд, - герцог Радлер Айтверн раздвинул тонкие губы в церемонной улыбке, - рад, что вы присоединились к нам. Желаете выпить глинтвейна? Сегодня несколько прохладно, - подтверждением его слов служил выступивший на щеках Радлера румянец.

- Благодарю, не стоит, - сухо ответил Камблер, занимая свое место во главе стола. Беккет встал в трех шагах позади него.

- Воля ваша, - Айтверн вновь улыбнулся, улыбка вообще никогда не сходила с его лица, и эти безнадежные дни не стали исключением. Порой смех Радлера вселял надежду и поднимал дух, но куда чаще раздражал, а сейчас и вовсе казался насмешкой. Кем нужно быть, чтоб согласиться продать страну чужеземному чернокнижнику и при этом продолжать радоваться жизни?!

Радлер сидел в противоположном конце зала, окруженный своими вассалами. Он словно нарочно выбрал место в самом низу стола - прямо напротив регента. Герцог Западных Берегов был облачен в родовые алые и золотые цвета, сплошь бархат и шелк. Фамильные светлые волосы, скрадывающие и делающие незаметной легкую пока еще седину, рассыпались по плечам. Пальцы Айтверна, пребывающие в неизменном движении, то и дело касались висящего у него на груди медальона, украшенного гербом дома - расправившим крылья драконом.

Лайдерс заставил себя отвести взгляд от друга - бывшего друга, который стал сейчас немногим лучше врага, потому что решение, к которому Радлер склонял совет, являлось безусловным злом.