Клуб «Манхэттен» — респектабельное заведение для всех, кто способен заплатить триста баксов за вход, — расположен в парке Александрино на южной окраине Питера.

К моменту, когда черный бронированный «мерседес» подрулил к главному входу, вся территория уже часа три как находилась под пристальным наблюдением ребят Алекса. Они сидели в трех автомашинах с тонированными стеклами, откуда просматривались все подходы к «Манхэттену». Войти в клуб и выйти незамеченным было нереально, если не принимать, конечно, в расчет подземные коммуникации.

На меня и телохранителей возлагалась ответственность за так называемый «первый уровень безопасности» — то есть ареал с радиусом десять — пятнадцать метров вокруг каждого из шефов.

При мне была восемнадцатизарядная «гюрза» и портативная рация. Я постоянно держал связь с группой Кайро, расположившейся по периметру здания.

Напялить под рубашку легкий бронежилет я решил лишь в последний момент. Внешне держался спокойно, как того и требовала ситуация, но все же чувствовал легкий мандраж. «Спокойно, Кирсанов!» — приказывал я себе. Волнение оправданно. Первое серьезное задание на новом месте…

«Мерседес» президента притормозил у широких гранитных ступеней ночного клуба. Мгновенно раскрылась правая передняя дверца. На тротуар пружинисто выпрыгнул крепкий парень в черном костюме. Распахнул перед главой фирмы «Цербера» заднюю дверь и встал навытяжку.

Михаил Александрович Золин — я, кстати, его видел впервые — оказался моложавым мужчиной лет сорока пяти. На мой взгляд, он выглядел так, как и положено бизнесмену, у которого личный капитал исчисляется явно не одним миллионом долларов.