– Простите, эфенди. Но мое нетерпение вполне объяснимо – я жажду хоть чем-то принести пользу умме.

– Пользу ты принесешь осмотрительностью. Острыми глазами и неболтливым языком. Сейчас заберем еще кое-кого. Потом поедем…

Оперативный центр

Где в то в России

– Объект опознан как Беркант Кунгеян, восемнадцать лет. Отец и старший брат предположительно погибли, сам нигде не работает. Характеризуется как отрицательно настроенный, придерживается радикально-шиитских взглядов. Несколько раз задерживался – но ни разу против него не было ничего конкретного.

– Где он сейчас?

– Позавтракал. Сел в машину. Ведем слежку.

– По земле?

– Никак нет, господин подполковник, с воздуха. Слишком опасно. Машина принадлежит Абу Гяссабу, офицеру полиции.

– Подозрительный?

– Никак нет. В списках подозрительных его никогда не было.

На экране – внедорожник протискивался в потоке машин…

Тегеран, Персия

– Да пребудет с тобой Аллах, Онур.

– Да пребудет с вами Аллах, братья.

Онур, бледный, как мертвец, тощий – он был студентом, подрабатывал после университета, легализовался - сел в машину, ритуально провел руками по щекам.

– Аллах да поможет нам.

– Хватит болтать…

И Онур и Беркант сразу замолчали. Машина снова двинулась с места…

Ехать сразу на точку было нельзя, они стали кружить по Тегерану, не сворачивая с крупных магистралей – так меньше шансов нарваться на проверку документов, центральные магистрали не перекрывают, иначе весь город встанет. В затемненных стеклах внедорожника – в черной пелене проплывали картины городской жизни. Вот те, кто забыли Аллаха – торгуют продуктами на уличном базарчике. Вот таксисты – ждут клиентов. Вот – одна за другой идут три бронемашины русских: угловатые, с решетками против ракет, у пулеметов люди в шлемах, черные забрала скрывают лица, сами шлемы не пробивает ни пистолет, ни автомат – и те, кого выбрал Махди своим народом, униженно пропускают их.