- Если вы настаиваете, - ответила она, подумав, - меня зовут Пиретта.

- Это ваше имя? - спросил я.

- Нет, - ответила она, и я уже знал, что мы будем друзьями.

- Тогда зовите меня Сидни Картон, - высказал я давно подавляемое желание.

- Хорошее имя, если вообще бывают хорошие имена. -Я кивнул. Потом, сообразив, что она не слышит кивка, я каким-то односложнымзвуком выразил, как я доволен тем, что ей оно понравилось.

- Не хотите ли посмотреть сад? - галантно спросил я.

- С вашей стороны это очень мило, - ответила она слегка иронично, - но я, как видите... совсем слепа. Я подхватил ее игру:

- В самом деле? Я, честное слово, не заметил.

Пиретта взяла меня под руку, и мы пошли по коридору к створчатой двери в сад. Я услышал, что кто-то идет по лестнице, и тут же ее пальцы сжались на моей руке.

- Мисс Хэзлет, - выдохнула она. - Выручайте!

Я понял, что она хочет сказать. Ее сторож. Очевидно, ей не разрешается сходить вниз и сиделка сейчас ее разыскивает. Но я не мог допустить расставания теперь, когда я только что ее нашел.

- Доверьтесь мне, - шепнул я, уводя ее в боковой коридор.

Там я заметил чулан для веников и мягко подтолкнул Пиретту в прохладную и влажную темноту. Тихо закрыв за нами дверцу, я стоял так близко к ней, что слышал ее частое поверхностное дыхание. Мне это напомнило Вьетнам, часы перед рассветом, когда даже спящие с дрожью и ужасом ждали того, что должно было произойти. Она была испугана. Я держался близко к ней, хотя и не намеренно, и ее рука обвилась вокруг моего пояса. Мы стояли совсем рядом, и впервые за два года во мне заговорили какие-то чувства; но здесь думать о любви... как это глупо. Я ждал вместе с ней, запутавшись в саргассах противоречивых чувств, а тем временем мисс Хэзлет прошла мимо.

И потом, мне показалось, через секунду, те же шаги прошлепали обратно - назойливые, размеренные, возбужденные.