- О! - забился в моё ухо жаркий шёпот Кольки Сухого Пайка. - Подходящ! Лагерь "Электрик" и директрису прислали Электричку.

Прозвища рождаются легко. Меньше чем за минуту я стал Кубой. Директрисе понадобилось не больше, чтобы превратиться из Электры в Электричку.

- Кое-какие планы будут пересмотрены, но в целом смена пройдёт, как обычно, голос набирал силу, казалось, ещё немного, и он действительно загудит электричкой, а потом раздастся дробный грохот колёс по рельсам. - Главные заповеди остаются прежними. Выходить за территорию лагеря категорически запрещено. За ночные брождения по лагерю - немедленное исключение. Следить за их исполнением я буду строжайше. А теперь - отбой! Вопросы, жалобы, предложения имеются?

- Электра Сергеевна, - встрял Антон Патокин, активист и вечный организатор КВНов. - Вы забыли спустить флаг.

- Разве? - улыбнулась директриса холодным оскалом сытого хищника, и Патокин поёжился. - Запомни, Антон, я никогда ничего не забываю. И если я чего-то не сделала, значит, так было задумано.

Отряды расходились по корпусам. Я несколько раз поворачивался и отказывался верить тому, что видел. Впервые за много дней полотнище чёрным квадратом трепетало на фоне начинающего темнеть неба.

Заканчивался шестой день третьей лагерной смены.

Глава 4

Шесть серебряных звёзд

На утреннем построении, как и всегда, рядом со мной с ноги на ногу переминался Мишель Марсель из второго отряда. Обладатель потрясающе звучного имени (ну, может, лишь чуточку похуже, чем Эрика Элиньяк) по жизни был низеньким и рыжим. Казалось, с его по-деревенски простоватого лица, густо усеянного конопушками, улыбка не слазит никогда. Среди верзил он выглядел чьим-то младшим братом, не успевшим вовремя перебежать на положенное место. Такой смотрелся бы своим разве что в четвёртом отряде. Или даже в пятом. Да и по характеру он ничуть не напоминал дебилистых соотрядников. Я бы даже обрадовался добродушной улыбке, да помнил, что вместо него сейчас мог смотреть на Эрику.