- Лукавые да вероломные! Да уж каких заслужил! Добро, не будем людей зря трудить, курган насыпать. А поступим так, как в жарких странах за Зимними Горами делают. Сам видел на обратном пути предивный обычай в тех краях. Когда помирает ихний раджа - это вроде князя, только мелкий да чернявый, - то складывают высокую и просторную поленницу из духовитых смоляных дров, помещают покойника в белом свивальнике на вершину, потом хором плачут и факел подносят. А любимая жена раджи (жен они, против нашего, по многу держат) доброй волею на тот костер восходит и в огне за мужем следует... Тут и честь, и верность, и добрым людям польза: все иные бабы острастку получают и, бывает, цельхй месяц после того мужьям не перечат. Так особая книга велит, "Камасутра" называется...

Про книгу он, конечно, приврал, поскольку прочитать ее не смог, а любовался одними картинками. На картинках же никаких костров вовсе не было...

- Еще чего! - заорала вдовица, и слезы у нее тут же высохли, как вода на раскаленной плите. - Я к батюшке своему гонца послала, он сюда войско приведет и всех вас казнит за меня!

- Ой, - испугался Жихарь. - Не надо нам сейчас войны, учиним по-другому. Нужно у покойника вынуть черева и мозги - я покажу, как это делается, - да и засушить на веки вечные...

- Ты бы ушел отсюда, ваше богатырство, - мягко сказал Корепан. - Дай уж нам с владыкой по-своему попрощаться, похороним и без тебя...

- Ага, - сказал Жихарь. - Знаю я вас, догадываюсь... Тогда вот что. Похороним его бесчестно, словно приблудного бродягу, каковым он и был... А гроб для приличного человека сбережем!

С этими словами богатырь отодвинул княгиню от ложа скорби, поднял гроб и вытряхнул князя Жупела на выскобленные добела доски пола. Вместе с князем полетели на пол и куски тухлой рыбы.

Жупел не успел выставить вперед спутанные руки, больно ударился, ожил и завопил.

- Вот каков я могучий чародей! - похвалил ся Жихарь.