Мы победили – здесь. А как насчет других городов Королевства? Что ты видел в этом своем кристалле, Ингольд? Что происходит сегодня везде? В Пенамбре на юге, где, кажется, был убит даже мой наместник, и Дарки кишат в его дворце, как грязные привидения? В провинциях вдоль долины Желтой реки, на востоке, где, как ты говорил мне, они достигли такой силы, что никто не выходит из дома после захода солнца? В Геттлсанде за горами, где страх перед Дарками так силен, что люди будут сидеть сложа руки, даже если Белые Рейдеры спустятся на равнины жечь и грабить их? Армия не может быть везде. Она размещена в четырех точках Королевства, большая часть ее все еще в Пенамбре. Мы здесь, в Гее, никак не сумеем выстоять. Мы, может быть, даже не удержим Дворец, если они опять придут завтра ночью.

– Это завтра, – тихо ответил колдун. – Мы можем делать лишь то, что должны, и надеяться.

– Надеяться. – Он сказал это без издевки или иронии, только как будто это слово было давно забытым, сам звук его казался странным для слуха. – На что надеяться, Ингольд? Что Совет Магов прервет свое молчание и выйдет из тайного убежища в своем городе Кво? Или что если когда-нибудь они сделают это, у них будет ответ?

– Ты лишишься последней надежды, если узнаешь это, Элдор.

– Видит Бог, она и так уже мала. – Элдор, стиснув кулаки, заметался по комнате, нервно вышагивая от окна к двери и обратно, напоминая внезапно оказавшегося в клетке льва.

Он прошел в футе от Джил, не видя ее. Волшебник Ингольд же, взглянув вверх, вдруг удивленно вскинул брови: он-то заметил девушку.

Элдор повернулся, задев рукавом руку Джил на подоконнике.

– Я не могу выносить эту безнадежность, – выкрикнул он раздраженно. – Они – мои люди, Ингольд. Королевство и вся цивилизация – если то, что ты мне говоришь, правда – разваливаются вокруг меня, а мы с тобой не в силах дать им щит, за которым можно укрыться. Ты можешь сказать мне, что представляют собой эти Дарки и откуда они приходят, но все твое могущество бессильно против них. Ты не можешь научить нас защищаться. Ты умеешь лишь сражаться с ними мечом, как и все мы.