– Неделя тяжелая будет, – кивнул Корнеев. – Во-во.

– И тебе тоже?

Витька мрачно откусил половину пирожка. Спросил:

– Чего он темнит, а, Привалов? Может уже про Колесо уз– нал?

– Не исключено.

– Скандал… – радостно сказал Корнеев. – Нет, не похо– же. Сашка, может, нас на овощную базу отправляют?

С минуту мы обдумывали и эту версию. Но все же решили, что по такому мелкому поводу директор нас запугивать не стал бы.

– Ладно, нечего гадать, – первым сдался Корнеев. – Слу– шай, я вот что подумал – с Колесом…

– Ну? – содрогнувшись спросил я.

– А если его остановить, когда все люди на Земле счаст– ливы? Когда всем – везет?

– Здорово, – признал я. – Вот только – когда? Разве так бывает?

– Ну, если объявить всему миру, что… э… в двенад– цать ноль-ноль по Гринвичу, например, всем надо быть счаст– ливыми и удачливыми.

Пришлось покрутить пальцем у виска. Корнеев фыркнул.

– Что смеешься? Ну немножко-то можно потерпеть? Сесть с хорошей книжкой у окна, смотреть на красивых девушек. Или собраться большими компаниями, комплименты друг другу гово– рить, подарки делать!

– А тебя в этот момент комар укусит. Или у соседа труба лопнет, и потолок зальет.

– Полагаешь – никак? – серьезно спросил Витька.

– Угу. Нереально. Обязательно кому-нибудь да не пове– зет.

– Потерпели бы ради большинства! – уже отступая выска– зался Корнеев. – Такая идея славная!

– Глупая твоя идея, Витька.

– Ладно. Допускаю – преждевременная! – Корнеев выхватил из-под моих пальцев последний пирожок и в запале помахал им перед моим лицом. Я с трудом удержался от того, чтобы облиз– нуться. – А если – не сейчас? Через десять лет, через двад– цать? Когда уж точно можно будет добиться всеобщего счастья?

– А зачем тогда еще и Колесо останавливать? Масло мас– ляным делать? Знаешь… если уж люди станут счастливы, то мелкое невезение их не расстроит.