– Ну, сам решай.

Я бросился к двери лифта. Открыл ее – там и впрямь ока– залась маленькая кабинка с одной единственной кнопкой. Нада– вив ее, я прислонился к стене и шумно выдохнул.

Лифт шел вверх.

Стоит ли рассказывать о случившемся ребятам? Поверят ли мне? А если поверят, то чем все кончится?

Меня забила дрожь. Это ж надо. Сходил за цементом. Уго– раздило Витьку каблуком в стене завязнуть! Посмотрел на часы

– я не удивился бы, если уже наступило утро, но еще не было и одиннадцати.

Так ничего и не придумав, я открыл дверцу остановивше– гося лифта и оказался в вестибюле. Выход оказался очень удачно замаскированным между колоннами, за грудой древних идолов. Споткнувшись о гипсовую курительную трубку неимовер– ных размеров, я выбрался к лестнице и побежал наверх.

В электронном зале уже было тихо. «Алдан», закончив расчет, сонно помаргивал лампочками, мои дубли сидели за столом и неумело играли в карты. При моем появлении оба вскочили. Я зажмурился, кинул пакеты на пол и пулей вылетел в коридор.

Так. К Витьке, немедленно. Из-за него эта каша завари– лась, пускай он голову и ломает.

Через минуту я уже был на шестом этаже и словно вихрь ворвался в двери Витькиной лаборатории.

3

– Это д-дубли у нас простые!..

А. и Б.Стругацкие

Корнеев сидел на диване, заложив ногу за ногу. Одна но– га была босой, и мне сразу вспомнился домовой Геннадий. По– косившись на меня, Витька продолжил странное занятие – ка– пать из пробирки бесцветной жидкостью на пятку.

– Ты чего? – спросил я.

– Болит, – Корнеев выплеснул на ногу всю пробирку. – Нет, ты сам посуди! Хорошая живая вода. Очень свежая. Если бы, к примеру, у меня пятка была напрочь оторвана, то при– росла бы в момент. А вот ушиб – не проходит!