Потрясенный всей глубиной еще не свершившейся трагедии, Валентин погладил гостя по спине.
— Ну ладно. Успокойся. Не стану я с ней связываться. Не стану!
— И хорошо! И правильно! — искренне обрадовался пришелец из будущего. — Я знал, знал, что смогу на себя положиться! Да… Еще вот… Анжелочку Теплоухову из пятого «А» помнишь? Пухленькая такая. Волосики беленькие… Бантики голубенькие… Держи ее на примете! Хорошо?
— Но ведь она маленькая… Ребенок еще.
— Так это сейчас маленькая. А подрастет… Будет о-го-го! Если ты меня понимаешь. И главное, характер! Кроткая. Добрая. Покладистая… — голос у джентльмена задрожал, по щекам снова потекли слезы. — В общем, не торопись… Ладно?
Седой господин в помятом смокинге заискивающе глянул Валентину в глаза и растворился в воздухе.
…Десятилетие спустя молодой, но крайне преуспевающий бизнесмен Валентин Исаев справлял свадьбу в одном из лучших французских ресторанов. Его строгий, черный костюм удачно контрастировал с чуть розоватым платьем и роскошными светлыми волосами невесты. Отец и мать, одетые по последней парижской моде, с гордостью смотрели на сына. А впереди еще ждали контракты с заграничными партнерами, поездки по всему свету… В общем, о лучшем и мечтать было нельзя.
И все бы ничего. Когда б еще через пару лет зловещее зеленоватое сияние снова не вторглось в красивую сказку.
…В центре огромной спальни, инкрустированной красным деревом, рядом с кроватью размером с небольшую лесную поляну, стоял классический уголовник. И щерился кривоватой ухмылкой. Жуткие татуировки покрывали руки. Небритая, красная харя была оформлена двумя неполными рядами черных, гнилых зубов. Грязная фуфайка с оборванными рукавами, выцветшие, драные шаровары, да пара грязных валенок гармонично дополняли канонический образ…