- Залетела?

- После этой сволочи меня раздуло, как воздушный шар! Эти жмоты, у которых я жила, не обращали внимания на мой живот, пока я могла работать - а потом дали пинка под зад. В приют меня обратно не взяли. В конце концов меня приютили в больнице, в палате для бедных, где я выносила горшки за такими же толстопузыми бедолагами, пока не настал мой срок.

И вот однажды вечером я очутилась на операционном столе. Медсестра сказала мне: "Расслабься. А теперь глубоко вдохни".

Я очнулась в постели. Ниже груди я своего тела не чувствовала. Вошел хирург.

- Как себя чувствуете? - весело спросил он.

- Как мумия.

- Естественно. Вас спеленали бинтами ничуть не хуже фараона и накачали лекарствами, чтобы вы не чувствовали боли. Вы скоро поправитесь... но сделать кесарево - это не занозу вытащить.

- Кесарево? - изумилась я. - Док... неужели ребенок умер?

- О, нет. Ребенок в полном порядке.

- Уфф! Мальчик или девочка?

- Совершенно здоровая девочка. Пять фунтов и три унции.

Я расслабилась. Я очень гордилась тем, что родила и сказала себе, что обязательно добьюсь того, чтобы добавить к своему имени "миссис", а дочка пусть думает, что ее папа умер. Мой ребенок в сиротский приют не попадет!

Но хирург еще не все сказал.

- Скажите, гм... - Он не стал называть меня по имени, - вам никогда не казалось, что у вас железы не в порядке?

- Что? Конечно, нет. На что вы намекаете?

Он немного смутился.

-Я расскажу вам все сразу, потом сделаю укольчик, чтобы вы заснули и справились с нервным потрясением. К сожалению, без него не обойтись.

- Почему? - потребовала я ответа.

- Никогда не слыхали о враче-шотландце, которая была женщиной до тридцати пяти лет? А потом ей сделали операцию, и она стала юридически и анатомически считаться мужчиной? Он женился, и у него все было в порядке.