Я сел и почесал его за ухом. Он довольно замурлыкал.

— Это было бы очень печально, — произнёс я, отвечая вслух на свои мысли.

— О чём ты?

Я рассказал ему о своём жутком сне.

— А ты, как я погляжу, очень впечатлительный, — заметил кот, когда я закончил. — Однако хватит болтать, я есть хочу.

Я откинул в сторону лёгкое махровое покрывало, слез с дивана и вступил в комнатные тапочки.

— Хорошо, сейчас позавтракаем. Только сперва я приму душ и побреюсь. Это недолго. Подождёшь?

— Подожду, мне не привыкать. Инна тоже по утрам принимает душ. Правда, ей не надо бриться.

— Везёт же людям! — с завистью произнёс я.

Через полчаса, позавтракав, мы вернулись в комнату. Расположившись в кресле, я пил кофе и курил сигарету, а кот сидел на диване, смотрел на меня и терпеливо ждал, когда я изволю заговорить о его проблемах.

Но я всё молчал и лишь время от времени тяжело вздыхал. Наконец Леопольд не выдержал:

— На тебе лица нет, Владислав. Что стряслось?

Я опять вздохнул и ответил:

— Честно говоря, котик, мне не очень-то хочется искать твою Инну.

— С какой это стати?

— Потому что она заберёт тебя. Ведь так?

— Разумеется, — подтвердил он. — Инна моя хозяйка. К тому же она любит меня.

— Но и мне ты понравился, — сказал я. — Я не хочу, чтобы ты исчезал из моей жизни.

Леопольд удивленно мяукнул:

— А почему я должен исчезать из твоей жизни? Подружись с Инной — сейчас весна, а друга у неё ещё нет. Этим ты убьёшь сразу двух собак… то есть, двух зайцев — и подругу себе найдёшь, и я останусь с тобой. Или у тебя уже есть подруга?

Я энергично взлохматил свои волосы.

— Никого у меня нет, но… Легко тебе говорить — подружись. А на самом деле… У нас, людей, всё гораздо сложнее.

— Знаю, знаю, — цинично проронил кот. — У вас, людей, масса всяких идиотских условностей. А Инна вообще странная в этом смысле. Парни вокруг неё так и вьются, но она совсем не замечает их. Ждёт своего принца на белом коне — это так Наташа сказала, её подруга. И ещё сказала, что в принцев верят только дурочки… Ох, Инна тогда рассердилась! Она гордо вздёрнула подбородок — стала такой величественной и неприступной, как королева! — и ответила: «А вот я, представь себе, верю. И жду. И дальше буду ждать!»