— Прикажите всем машинам следовать по Шоссе-до ипподрома. Через несколько минут мы передадим более точные инструкции.

Офицер сигуранцы передал приказ русского, продолжающего виртуозно вести машину.

«Шкода» проехала около двадцати метров и через пять минут выехала на автобусную дорожку.

В это время Салеску получил информацию о задержании раненого Мареску.

— Банда кретинов! — вопил комиссар. — Вы не могли его приколоть, не подстрелив?

— Мы не виноваты, шеф, — объяснял агент Р-8. — Мареску был вооружен и сам себя ранил. Мне кажется, он хотел застрелиться, но пуля пробила ему только челюсть...

— Ладно, вызовите «скорую помощь» и отвезите его в клинику депо. Я свяжусь с вами позднее.

В то время как Салеску срочно перегруппировывал свой штат, чтобы успешно завершить маневр, Людвиг Кельберг готовился к выходу из автобуса.

Стоя на тротуаре, прежде чем перейти улицу, он пропустил черную «шкоду».

Салеску пробормотал:

— Точно, он. Полковник Миренко сказал:

— Я был уверен, что он замешан! Все эти немцы — сукины дети. Он у меня на мушке уже полгода.

«Шкода» проехала дальше.

На самом деле Салеску отдал приказ полицейским машинам об установлении слежки по ставшей классической формуле, называемой «преследование спереди», согласно которой объект одновременно ведут два полицейских: один спереди, другой сзади. Последний находится за пределами видимости сопровождаемого лица и получает информацию по рации от своего коллеги.

Людвиг Кельберг сел за руль серого «опеля», захлопнул дверцу, повернул ключ зажигания. Вытянув руки на руле, он тяжело вздохнул.

«Уф, я снова выпутался, — подумал он, — однако был на волоске».

Глава 3

Теперь, считая себя в безопасности, Кельберг хотел обстоятельно обдумать ситуацию.

В любом случае положение было бедственное, если не сказать — катастрофическое.