Внезапно в его портативном передатчике раздался крик одного из членов группы захвата:

— Алло! Шеф? Говорит Р-10... Только что получил ранение в ногу Стефан Ганеску, и я...

Салеску заорал в свой микрофон:

— Оставьте Ганеску! Продолжайте действовать по намеченному плану... Приказ всем! Не занимайтесь ранеными. Я вызываю подкрепление и «скорую помощь».

Советский полковник с озабоченным видом крикнул румынскому комиссару:

— Напомните вашим людям, чтобы они доставили мне всех подозрительных живыми!

Салеску передал приказ русского. Полковник опустил стекло дверцы машины и прислушался. До него донеслось эхо нескольких выстрелов. Он спросил с раздражением:

— Что придумали ваши люди? В конце концов, это же не уличный бой! Вся эта кутерьма из-за четырех жалких типов, которые будут взяты с поличным.

Салеску жестко улыбнулся:

— Вы еще не поняли, что Мареску находился под прикрытием? Не думаете же вы, что это Мареску играет с револьвером? Бедняга, скорее всего, и близко никогда не видел оружия!

— Ваш Мареску — не бедняга, — отрезал русский. — Это — грязный шпион, навозная куча, опасный тип. И если бы у меня не...

Полковника прервал сигнал, поступивший от агента РЕ-114, который возбужденно говорил:

— Алло! Шеф? Говорит РЕ-114. Вы меня слышите?

— Да, я вас слышу.

— Неизвестный мужчина высокого роста только что вышел из парка на Шоссе. Описание совпадает с Людвигом Кельбергом.

— Куда он направляется?

— Он вскочил в автобус и уехал.

— Что? Что вы несете? — взревел Салеску, потерявший самообладание.

— Мужчина вышел из парка как раз в тот момент, когда подошел автобус. Он сразу в него вскочил. Все произошло так быстро, что я не успел его сфотографировать, но я почти уверен, что это Кельберг.

— В какой он сел автобус? — спросил Салеску.

— Едущий в сторону ипподрома.

Советский полковник, не дожидаясь окончания диалога, включил мотор «шкоды», и она на полной скорости рванула вперед. Не поворачивая головы, он сказал Салеску: