– Можно выглянуть за дверь?

– Сие мне неведомо. Я не заметил, чтобы другие сумели организоваться.

Лучше приступить к делу с самого начала. Я взглянула на медвежонка, потерла шишку на лбу.

– Ты откуда?

– Оттуда же, откуда и ты, - ответил он. - С Земли. Был талисманом капитана, утешителем и советником.

Странные функции! Я подошла к люку и выглянула в коридор. Незамысловатый и удобный проход непонятного цвета и незнакомой конфигурации завершался круглым люком с ручной системой герметизации - шестью черными накидными болтами. Ни одному земному инженеру не пришло бы в голову использовать такое старье на космическом корабле.

– Как тебя зовут?

– Официально - никак. Имя талисмана известно одному капитану.

Страх не позволял церемониться. Я спросила, не видел ли он своего капитана или какой-нибудь материальной принадлежности известного ему мира.

– Нет, - услышала я в ответ. - Называй меня по-русски - «Сынок».

– А я - Женева. Фрэнсис Женева.

– Мы друзья? - осторожно поинтересовался он.

– Почему бы и нет! Надеюсь, здесь будет еще с кем подружиться. Тебе трудно говорить по-английски?

– Не обращай внимания. Я быстро учусь. Практика - мать совершенства.

– Если хочешь, мы могли бы перейти на русский.

– Ты говоришь на этом языке так же хорошо, как я - на языке Альбиона?

Медвежонок обладал чувством юмора и немалым достоинством.

– Хуже! Ладно, пусть будет английский. Если тебе хочется о чем-то узнать, спрашивай без стеснения.

– Сынок не стесняется. Он - бывший талисман.

Шутливая беседа помогала не сойти с ума. Меня так и подмывало схватить мишку в охапку и прижать к себе, хотя бы ради тепла. Он был необыкновенно милым - видимо, таким его и задумали. Но на кого ориентировались его создатели? Цветом он походил на панду, формами - ничуть…

– Что, по-твоему, мы должны делать? - спросила я, присев на койку.