– Сынок медленно думает, - ответил он, опускаясь передо мной на корточки.

Несмотря на короткие лапы, его движения были полны грации.

– Я тоже. Все-таки я специалист по программному обеспечению, а не солдат.

– Не ведаю, что есть «программное обеспечение», - предупредил Сынок.

– Компьютерные программы, - объяснила я. Мишка кивнул и выглянул за дверь - чтобы тотчас шарахнуться обратно.

– Они здесь! - сообщил он. - Можно закрыть дверь?

– Понятия не имею, как… - начала я, но тут же кинулась к своей койке и залезла на нее с ногами. Мимо люка струился змеиный ручей - все желто-зеленые, со стальным отливом, с лопатовидными головками, в красных ромбах… Поразительно, как я сумела разглядеть столько деталей, несмотря на испуг!

Поток змей миновал распахнутую крышку люка, не проявив к каюте и к нам с мишкой ни малейшего интереса. Сынок отделился от стены с геометрическими барельефами.

– Какого черта им здесь надо? - спросила я.

– Полагаю, это члены команды, - ответил он.

– Кто еще здесь водится?

Медведь выпрямился и устремил на меня пристальный взгляд.

– Нам ничего не остается, кроме поиска, - произнес он торжественно. - Иначе у нас не будет права спрашивать. - Он подошел к люку, перелез через порог и позвал меня из коридора: - Идем!

Я слезла с койки и потащилась за ним.

Сознание женщины - причудливый омут, в который она соскальзывает в момент рождения. Первые месяцы жизни, слушая и наблюдая, она обретает параметры своей будущей жизни. Ее младенческое сознание - огромная пустая матрица, вбирающая все извне. В первые месяцы закладывается ролевое представление, зачатки самосознания, наброски будущих достижений. Слушая взрослых и. наблюдая за их поведением, она накапливает предрассудки и запреты: «Ты не видишь призраков на стенах спальни - их там нет! Никто из нас не видит твоих воображаемых приятелей, миленькая… Ты должна это понять».