Внезапно у дверей гневно кашлянули. Я испуганно распахнула глаза — и увидела Элен, только что вошедшую в квартиру. Мама, неестественно выпрямившаяся, в строгом черном пальто с высоким воротником и в сапогах до колена, стояла на пороге, скрестив руки на груди. Взгляд ее был недобрым.

— Это совсем не то, что ты думаешь, мама… — пролепетала я. Похоже, жар, который бушевал у меня изнутри всю последнюю минуту, перекинулся на щеки. — Это просто…

Элен сощурилась. Я умолкла.

Максимилиан неторопливо отстранился, и его рука соскользнула с моего плеча на талию. Весьма откровенный и собственнический жест… А Дэйр вместо того, чтобы осадить князя, растрепал мои волосы раскрытой ладонью и улыбнулся Элен:

— Не беспокойтесь, эстиль. Ваша дочь в надежных руках.

— Надеюсь, вы помните, Дэриэлл, что она еще несовершеннолетняя, — вздохнула мама, уже не сердито, а грустно. Мне стало совестно. — Хотя после этой внезапной стрижки я сомневаюсь. Чего от вас теперь ожидать? Каких новых безумств?

— Ничего, что причинило бы вред Нэй, — серьезно пообещал целитель. — И за Максимилианом я присмотрю.

— Верю, — мамин взгляд на мгновение стал угрожающим, а потом она обратилась ко мне: — Найта, надеюсь, и ты будешь вести себя прилично.

— Разумеется, — быстро согласилась я и шагнула вперед, выпутываясь из объятий. — Как тебе мои новые сережки?

Элен присмотрелась и уважительно цокнула языком:

— Интересно смотрится. А я уж боялась, что ты так и не научишься носить украшения.

На этом инцидент был исчерпан.

До горной гряды, где находился проход в заветную долину с подсолнухами, мы добирались почти двенадцать часов. Даже телепорты и порталы не помогли сильно сократить нам путь. К счастью, располагалась долина южнее Зеленого города, и вскоре я сбросила надоевшую, тяжелую зимнюю куртку.