Горюнов зацепил трос, который одолжил у приятеля-альпиниста, и стал спускаться. Тесновато было: мешал рюкзак, но Горюнов упорно проталкивался вниз, пока ноги не зависли в пустоте. Горюнов, отчаянно извиваясь, сделал последнее усилие и закачался на тросе под потолком какой-то обширной пещеры. Он посмотрел вниз и удивленно присвистнул: пещерка-то обитаемая!

Почти под ним - огромный особняк, сразу видно - не простого смертного. От этого особняка вдаль уходила прямая дорога, перегороженная полосатым шлагбаумом, возле которого стоял красочный, весь в бегущих неоновых огоньках, указатель. На нём было высвечено: «Дорога в Ад». Чуть поодаль - здание поскромнее. От него куда-то вверх стремились серебристые опоры то ли подъёмника, то ли ещё чего. На одной из опор - простая доска с надписью: «Служба вознесения».

Горюнов плавно заскользил вниз, тормозя ногами, чтобы не обжечь при спуске руки о трос.

До тверди осталось метра два, он готов был уже соскочить, как вдруг из-за усадьбы вылетели два здоровенных пса - то ли бульдоги, то ли доги, то ли собаки-водолазы. Псы вздыбились и едва не вцепились Ерофею в кроссовки, но Ерофей успел подтянуться на руках выше и завис, качаясь над беснующимися страшилищами.

- Бер! Цер! - послышался приятный голос, и из ворот вышла молодая черноволосая женщина, чем-то похожая на Изольду с параллельного курса, которую Ерофей неделю назад осмелился позвать в кино, оставшись без ужина: билеты в кинотеатре стали стоить недёшево.

- Цер, на место! Бер, фу! На место! - и шлёпнула собак по макушкам.

Собаки, яростно глядя на Ерофея и приглушенно рыча, отступили, а женщина сказала:

- Ну что же вы, молодой человек? Спускайтесь! Милости прошу к моему шалашу.

- Да уж, шалашик у вас превосходный, - ухмыльнулся Ерофей, спрыгивая вниз. - Здрасте!