С трудом поднявшись с койки, я влез в ботинки. Ноги, ботинки, держатель койки, пол, тени - все это вдруг сложилось в причудливый узор. Какой запах я чувствовал? Иногда это был запах лука, иногда - аромат фиалки. Мне кажется, я помню этот запах с момента сотворения мира.

Снаружи каюты находились все те же декорации - картонная палуба, пластиковое море. Солнце заливало их неестественно ярким светом, какой бывает в киностудиях. Встревоженный этим, я зашагал вперед.

"Я снова очень близко подошел к разгадке. Теперь я знаю, что все вокруг - иллюзии. Это обман, а на самом деле я нахожусь в каком-то другом месте. Где угодно, но не на корабле. Стойки истончились! Корабль движется неправильно, тени находятся не на своих местах. Наверное, тот мир лучше этого! Я постепенно продираюсь в реальность. И к палубному холодильнику номер два... Лежит ли где-нибудь истина? Может ли истина лежать?"

Я забыл, что находится в холодильнике номер два. На палубе никого не было, по морю никто не шел. Я открыл холодильник.

Он улыбался, и эта улыбка выражала нечто большее, нежели просто веселье. Его губы морщились и кривились, обнажая эмаль зубов и кожу десен в страшной, зловещей издевке! Это был... Это был Фермер!

- Ноланд, номер 14759180! Ты ведь знаешь, что я постоянно нахожусь на корабле, не правда ли? - сказал он.

Я не помню, чтобы хоть раз видел его таким большим. Весельчак. И чем дальше, тем свирепее становилось его веселье.

- Я знаю, что здесь что-то неладно.

- Не совсем правильно, Ноланд, насчет "неладно". Просто ты сам нереален, понимаешь?

У меня на поясе висел матросский нож. Но если я нереален, разве я смогу причинить ему неприятности?

- Ты пришел из-за того, что я предал Джесса?