Шепот приобрел зловещие интонации.

И остальные, так же уже зачарованные этим тихим шепотком, двинулись следом. Голос звучал все требовательнее, все злорадней, предвкушая исполнение своих желаний, и ему нельзя было не повиноваться. Кристалл, зажатый в руке замерцал, засветился и вспыхнул ярким светом. На долю мгновения Коська почувствовал затаившуюся под каменной плитой тварь, проник в ее мысли, воочию увидев ее сны… Голос разбился на тысячи осколков, каждый из которых говорил, что-то свое, кричал, шептал, требовал и запрещал, а затем они все разом в неистовой злобе взвыли в голове, поняв что это сознание ускользает от них. Камень помутнел, покрывшись сетью трещин, висящий на груди амулет мелко дрожал, раскалившись до бела, прожигая рубашку. Запахло паленым, но парнишка не чувствовал боли. Боль была в душе, за которую сражалась сама тьма и которую пытался защитить хрупкий и ненадежный волшебный предмет.

По кладбищу пронесся дикий, полный ужаса крик, резко разорвав тишину и так же резко прекратившись. Бродячие собаки дружно взвыли, понимая, что в этот миг произошло нечто ужасное, но рядом небыло никого, кто мог бы это услышать…

Глава 1

При свете дня кладбище выглядело совсем не зловещим, а скорее грустным. Каменные кресты печально выглядывали из поросших высокой травой холмиков, статуи святых со скорбными лицами молчаливо склонили головы над старыми могилами людей, имен которых уже давно никто не помнит, с корявого, много лет назад высохшего и потемневшего от времени дерева, хрипло каркали вороны, переговариваясь между собой, навевая хандру и размышления о никчемности своей жизни…

— Все всегда бывает впервые и нечто подобное было лишь делом времени.