В этот миг, Иван понял, что стоит на коленях у самого края глубокой расщелины или ямы, неизвестно откуда взявшейся перед ним, а Майка висит, крепко ухваченная им за майку. Возможно, из-за кратковременного шока, увиденное Иваном зрелище показалось комичным и необычайно смешным. Всё ещё находясь в шоке, Шляпников, словно котёнка, выбросил девушку из ямы, заливаясь истеричным смехом и вопя при этом совершенно идиотскую фразу.

– Я Майку ухватил за майку! Вы слышите?! Я Майку ухватил за майку! Вот потеха!..

Оказавшись на полу храма, девушка вырвала из рук спасителя-обидчика свою майку и, бросив на смеющихся мужиков гневный взгляд, выбежала из храма. Сознание вернулось к Ивану, и его затрясло от нервной перегрузки. Археолог отчётливо представил, как Майя исчезает в темноте ямы и ударяется о её дно своим хрупким телом.

В это время раздался очередной, ещё более страшный грохот, который пробудил чувство самосохранения у пожилых профессоров. Оба лихо поднялись на ноги и бросились к лежащему на краю огромной ямы Ивану. Подхватывая сына под одну руку, Идиш отыскал взглядом Галахада. Старец спокойно стоял на своём месте, опершись на посох обеими руками. Его лицо было удивительно спокойно и безразлично к тому, что творилось вокруг.

Это нечеловеческое, божественное спокойствие хранителя Грааля подействовало, как гипнотический сон. Профессор ощутил, что его сознание готово провалиться в блаженный транс.

– Шляпниковы, мять вашу кашу! Проснитесь! Я не утащу вас обоих! – истошно заорал Тыква, мордуя по щекам отца и сына, а, возможно, и святого духа.

Народный способ приведения в сознание сработал, и уже Шляпниковы подхватили, вопящего ругательства Тыкву, лихо, направляясь к выходу из храма. Отбежав на приличное расстояние, с Тыквой на руках, они остановились, чтобы перевести дыхание и стать свидетелями обвала фасада храма Грааля.

– Скакуны, стоять некогда, надо рвать когти! – предложил Тыква своим носильщикам и спасителям.