Очень не хватало Элюне компьютера, но он был общей собственностью супругов, и, в меньшей степени, телевизора. Зато квартира создавала просто идеальные условия для устройства подоконного новоселья - в трех пустых комнатах пропасть места на полу, а подоконники оказались вполне приличной ширины.
Элюня наслаждалась новой квартирой, а царящая в ней пустота не угнетала, не мешала спать спокойно, ибо уже стало ясно - это дело поправимое. Со времен своего первого успеха в области прикладной рекламы Элюня не могла пожаловаться на недостаток выгодных заказов и уже знала рано или поздно на нее непременно снизойдет вдохновение и она опять огребет большие денежки. А не снизойдет - что ж, будет обставляться постепенно, тоже не страшно.
Невзирая на свою патологическую скупость, Павлик проявил благородство и не стал претендовать на новую квартиру, хотя она и была приобретена во времена их совместной жизни. Не притязал он и на машину, тем более что вообще не любил машин. Более того, даже по собственному почину сам отдал бывшей супруге большое настенное зеркало со своего чердака.
Итак, Элюня обрела личную свободу и собственную квартиру. И теперь, на свободе, могла предаться страсти, исподволь расцветающей в ней.
***
Уже через две недели после первой встречи позвонил Казик и пригласил Элюню в среду на ипподром. День будний, скромный, не семейный, вообще нейтральный. Павлик, тогда еще муж, предупредил жену, что вся среда у него занята до позднего вечера, а возможно, и до ночи. Консультации с автором, книгу которого он как раз иллюстрирует. Пол и возраст автора, а также характер консультаций у Элюни не вызывали сомнения, но она ничего не сказала.