- Агате сто злотых. Поехала в город, понадобились деньги, а я без копья. Ну и перехватила у нее сотню. Надо же, совсем забыла!

- Но ведь с тобой не Агата говорила? И не ее муж?

- Нет, не Агата. А мужа у нее нет.

- А не могло так случиться, что ты выполняла чей-то заказ на пару, заказчик заплатил тебе, а напарника оставил с носом?

- Да нет, ничего такого не было.

- А среди твоих знакомых нет случайно каких-нибудь мошенников? Они у тебя здесь бывают?

Элюня вконец растерялась.

- Вроде бы никаких знакомых мошенников у меня нет. Думаю, нет... А вот насчет того, что тут никого не бывает, так я уверена. Казик, окстись! Где здесь бывать? У меня ведь и сесть негде, всего одна табуретка, не на полу же?..

Казик с большим трудом удержался от того, чтобы бросить взгляд на тахту, но остался джентльменом.

- Тогда я и не знаю, - заявил он. - Самая что ни на есть обычная реакция человека, у которого вымогают деньги. А нет ли еще какой второй Элеоноры Бурской?

Элюня не стала возражать.

- Может, и есть, только мне такая неизвестна. В родне у нас такой точно нет, мне одной досталось это идиотское имечко. Фамилия же довольно распространенная, так что, возможно, и есть вторая Элеонора Бурская. Знаешь, мне надоело ломать голову из-за дурацких звонков, если того типа нагрели его проблема, я-то тут при чем?

Казик не был столь категоричен, но послушно оставил неприятную тему. Наутро ему предстояла двухдневная поездка на Мазуры, надо было уточнить размеры продаваемых там участков под застройку, не мог же он предлагать клиентам участки, которых в глаза не видел. Он очень тревожился за Элюню, ведь если неприятность получит продолжение, любимой может грозить серьезная опасность. Казик в отличие от девушки жизнь знал, и на душе у него было неспокойно. Как в воду глядел...

- Обещай мне хотя бы эти два дня, пока меня не будет, никому дверь не открывать. Естественно, я говорю о незнакомых. Пусть хоть на коленях умоляют.