К примеру, одной из таких мелочей было то, что все шестеро погонщиков, включая Бена, прибыли в гарнизон этого храма в течение нескольких прошлых дней. Никто из них не имел здесь друзей. Они приехали из разных мест. Бен узнал об этом из двух-трех фраз, которыми успел обменяться с остальными, пока они ожидали отправки обоза. Его перевели сюда без всяких объяснений, и он предполагал, что с другими погонщиками поступили точно так же. К сожалению, он не мог расспросить их об этом.

Конечно, внезапное перемещение шести солдат могло оказаться обычным вывертом военных. За год службы в Синем храме Бен привык к таким необъяснимым действиям в огромном организме духовного ордена. Но в данном случае… Память Бена хранила тысячи старых песен, и одна из них, ожив, звучала теперь в сознании, под аккомпанемент его мыслей. Он не помнил, когда и где услышал ее впервые, но с тех пор прошло много лет, и вот она снова возникла, как насмешливое подтверждение его страхов.

Эх, если бы ему удалось поговорить с другими погонщиками. В принципе они могли перекрикиваться друг с другом сквозь свист и завывание ветра, но Бену хотелось большего. Ему нужно было время, чтобы расспросить их и заставить думать. Впрочем, он полагал, что такой возможности у него не появится.

Путешествие приближалось к концу, и ему предстояло ответить на главный вопрос: как он будет действовать — совместно с другими погонщиками или в одиночку? Бен знал, что если он примет неверное решение, то скоро поплатится за это жизнью…

Завершая ритуал, жрец-офицер вновь поднял светящийся жезл и помахал им вслед удалявшемуся дракону. Ветер рассеял запах чудовища, животные успокоились и двинулись вперед, впервые за несколько часов став смирными. Вместе с ними притихла и буря — ливень ослаб и превратился в унылый дождик.

Обоз преодолел еще сто метров по непроторенному пути.