Окинув Ребрина недоверчивым взглядом, Сазонов оттопырил верхнюю губу и, обращаясь к генералу, брезгливо произнес: - Вы думаете, он справится? - Надеюсь на это, - буркнул Кротов, разливая коньяк в бокалы. - А вы что, хотите предложить свою кандидатуру? Сазонов покачал головой. - Что вы. Разумеется нет. - В таком случае, предлагаю поднять бокалы и выпить за успех полковника. За наш общий успех. На несколько секунд наступила тишина. Кротов и Ребрин выпили коньяк до дна, Сазонов же лишь слегка пригубил, после чего поставил бокал обратно на столик. - А теперь, господа, - указал генерал, - прошу к карте. В этот момент за дверью в коридоре раздались вдруг голоса и топот множества ног. Дверь распахнулась, и в комнату ввалилось десятка полтора здоровенных солдат, вооруженных акээмами с примкнутыми штыками. Увидев генерала, они столпились у дверей, а коротышка, взяв под козырек и печатая шаг, выдвинулся на середину комнаты. - Господин генерал, - проорал он срывающимся от волнения голосом, несколько минут назад. - Тут он заметил развалившегося в кресле Ребрина и растерянно умолк. - Ну, что же вы? - сказал генерал, с изумлением глядя на сержанта. В одной руке у него была бутылка, в другой - бокал. - Язык проглотили? Коротышка открыл было рот, напрягся изо всех сил и выдавил из себя что-то среднее между бульканьем водопроводного крана и писком летучей мыши. Лицо и шея у него быстро приобретали малиновый оттенок. - Ну, что? Что? - сказал генерал с нетерпением. - Вторжение, что ли? Да не молчите же! Ну! - Он встал. Ребрин между тем вытащил из пачки на столике сигарету, прикурил ее и принялся с наслаждением наблюдать за разворачивающимися событиями. Сержант наконец обрел дар речи. - Да. Нет... Господин генерал, я... Этот господин!. - Он снова умолк, указал на Ребрина и вдруг после очередного беззвучного открывания-закрывания рта попятился обратно к дверям. - Стоя-ать!!- заревел генерал, словно медведица во время родов.