- Подумаешь, оборудование. Железки какие-то. - Ну, знаете, - сказал Сазонов, приходя в себя.- Он резко, так, что часть коньяка выплеснулась на карту, поставил бокал. - Это настоящее самоуправство... Мне нужна связь с Москвой. Генерал пожал плечами. - Пожалуйста, - сказал он деревянным голосом. - Телефон на столе. Сазонов резко повернулся и двинулся к телефону. Весь его - облик прямая спина, нервные, подрагивающие пальцы, багровеющая полоска кожи между воротником и окантовкой волос на затылке - выражал сильнейшее негодование. Казалось, он кричал: ну, я вам покажу! Присев на краешек кресла, Сазонов быстро набрал номер и, ожидая ответа абонента, сказал в пространство перед собой. - Вы за это ответите. - Да пошел ты,- проворчал генерал вполголоса, так, чтобы штатский его не услышал.- Глиста ты маринованная, вот ты кто. Стервятник. Таких, как ты, я, знаешь, сколько повидал. - Он поставил бутылку на стол, порылся в кармане и вытащил связку ключей. - На вот,- казал он Ребрину, - в моей комнате отдохнешь. Да подожди. Бокал давай. - Он взял бутылку и налил сначала Виктору, потом себе. - За то, чтоб вернулся. Смотри там - без дураков. - Ну... - Выпили. Сазонов тем временем продолжал настойчиво насиловать телефон.

* * *

Тяжело дыша и обливаясь потом, Ребрин выбрался наконец на сухую и твердую землю, сразу же остановился, с подозрением озираясь по сторонам, и, не заметив ничего опасного, принялся жадно хлебать из фляжки, которую отстегнул от пояса. Позади, словно некое огромное, прожорливое существо, утробно урчало, булькало и воняло выходящими на поверхность газами только что пройденное им болото. О том же, что таилось впереди, можно было только догадываться. Подождав, когда перестанет грохотать сердце и нормализуется дыхание, он пристегнул фляжку на прежнее место, посмотрел на светящийся циферблат часов - без четверти два - и по мягкой, пружинящей хвойными иголками почве зашагал дальше. Какое-то время, перепрыгивая через канавы, преодолевая завалы и продираясь сквозь кусты, он двигался в почти полной темноте, потом справа из-за деревьев в небо взметнулась выпущенная неведомым доброжелателем осветительная ракета, и, прежде чем она погасла, Ребрин успел в призрачном дрожащем свете разглядеть пологие склоны невысокого холма, лежавшего перед ним, а на этих склонах - редкий сосняк вперемежку с еще более редким кустарником.