Ему повезло. Ни справа, ни слева "морского ската" не наблюдалось, и вообще, какого-либо движения вокруг заметно не было. Не желая больше рисковать, он проигнорировал все попавшиеся ему на пути подворотни, добрался до следующего перекрестка и с надеждой посмотрел налево, туда, где в конце улицы - метров примерно через триста - сияло огнями огромное шестиэтажное здание. Над его крышей, полосуя ночное небо, беспорядочно метались лучи прожекторов, многие окна в нем были заложены мешками с песком, а из тех, что были свободны, торчали дула артиллерийских орудий. В этом здании располагался Штаб Национальной Обороны. Там, в одной из бесчисленных комнат, томился в ожидании Виктора командующий Западно-Сибирским военным округом генерал-полковник Кротов, как всегда, наверное, шумный, непререкаемый и пьяный до последней степени. Еще там были хорошая еда, коньяк в неограниченном количестве и блаженный отдых сон в чистой постели. Все это могло превратиться в реальность только в том случае, если удалось бы благополучно, без приключений преодолеть эти последние триста метров. Виктор облизнул пересохшие губы и принялся зорко оглядывать окрестности. Многие дома на этой улице были разрушены - должно быть, от прямых попадании артиллерийскими снарядами, кое-где в заваленном битыми кирпичом и стеклами асфальте зияли воронки, а на другой стороне, как раз напротив Виктора, какой-то помятый жигуленок обнимал передним бампером покосившийся фонарный столб. По-прежнему вокруг не было заметно какого-либо движения. Вертя во все стороны головой, Виктор вышел на середину улицы, постоял там несколько секунд, окидывая опасливым взглядом угрюмые фасады стоявших слева и справа домов, и, мысленно перекрестившись, помчался легкими. бесшумными скачками в сторону сияющего огнями здания, постепенно наращивая скорость. Когда он преодолел чуть больше половины оставшегося расстояния и уже казалось, что вряд ли кто попытается ему сейчас помешать, асфальт впереди него вдруг вздыбился, словно ожившая серая лава, стал вспучиваться, пузыриться, стремительно трансформируясь в какое-то невероятно безобразное существо.