- Так оно и есть! - сказал Старик вслух и сунул головню в бороздку. Она зашипела, дымя и разбрызгивая искры. Бумага обугливалась, желтело натриевое пламя. Огненная дорожка поползла к кустарнику, в темноту, окруженная расплывчатым синеватым ореолом. Будто куколка, спеленатая дымным коконом, превращалась в светящуюся гусеницу.

Все замерли, съежились в ожидании взрыва. Только двое сидели выпрямившись, как бы прислушиваясь к чему-то: Старик и Йозеф.

Старик напрягся. Три минуты понадобятся бегущему огню, чтобы добраться до здания, где стоят бочки с порохом. Три минуты, чтобы преодолеть шестьдесят метров. Наверное, огонь уже проник за ограду...

Никто не пошевелился. Только Йозеф взял сук и поворошил костер.

"Сейчас!" - подумал Старик и так стиснул зубы, что на скулах проступили желваки.

Старик взглянул на часы, хотя это было бессмысленно, так как он не заметил время, когда поджег порох. И все же он продолжал смотреть на циферблат.

Прошла еще минута, и Старик понял, что огонь не достиг цели.

Фигуры задвигались. На Старика заворчали. "Все как прежде, - подумал он удовлетворенно, - только сделанное необратимо. Они выпили свою чашу. Им осталось минут десять, не больше..." Ворчание умолкло. Видно, все подумали о том же.

- Пойду поглядеть, в чем дело! - Старик решительно встал. - На всякий случай давайте попрощаемся. - Он улыбнулся. - Простите меня, я никому не хотел зла. Я знаю, что вы способны понять даже мои заблуждения. Это был единственный выход.

Он взял фонарик.

- Погоди, я с тобой! - крикнул Йозеф. Старик на ходу пожал плечами, а Йозеф рванулся за ним в темноту со своим костылем. Усохшая нога болталась, словно маятник.