Сидя на каком-нибудь пригорке, самрай сутками наблюдал в бинокль за невольниками, пытаясь разглядеть Андрея. Безрезультатно. Впрочем, Ворх быстро понял, что данный метод неэффективен. Худые, изможденные люди в одинаковой одежде казались все на одно лицо. Они стали похожи на живых мертвецов.

Несмотря на огромное расстояние, асконец прекрасно видел, как конвоиры безжалостно избивали невольников. Полная безнаказанность превратила охранников в диких зверей. У них явно ненормальная психика. Уцелеть в подобных условиях непросто. Любой проступок раба жестоко карался.

Взгляд Астина не раз натыкался на деревянные столбы с распятыми людьми. Высохшие, потерявшие человеческий облик трупы становились легкой добычей стервятников. Самрай сразу вспоминал Волкова. Юноша чересчур вспыльчив и нетерпим. Он наверняка либо попытается бежать, либо нападет на обидчика. А это верная гибель. Ворх то молился, то проклинал этот ужасный мир.

Одинокий наблюдатель раздражал охрану. Солдаты принимали асконца за журналиста и очень часто в грубой форме прогоняли его прочь. Астин не сопротивлялся. В душе самрая клокотал праведный гнев, но мужчина умел сдерживать эмоции. Убийство двух-трех зарвавшихся негодяев ситуацию не изменит.

В конце концов, чтобы не привлекать к себе внимание, Ворх присоединился к небольшой группе правозащитников. Они регулярно устраивали пикеты и демонстрации на дорогах, ведущих к усадьбам землевладельцев. Вскоре асконец получил доступ к очень важной информации. В руки Астина попало досье на надсмотрщиков и конвоиров. Это был настоящий сброд. Садисты, извращены, психопаты. Большинство из них имело тюремные сроки. Мерзавцы нашли достойное применение своим «талантам».

Самрай тут же изменил тактику действий. Ворх начал встречаться с охранниками в непринужденной обстановке и не спеша, осторожно расспрашивать сирианцев об Андрее.