Лицо был цвета темной сливы, а в глазах застыл тусклый блеск смерти. Рот так широко раскрыт, что лицо казалось меньше, чем на самом деле. Тело было холоднее льда, но все же еще довольно мягким. Мертва, как мини мум, два-три часа, как максимум - шесть.

Красная сумка, широко раскрытая так же, как рот владелицы, стояла рядом. Стив не дотронулся до ее содержимого, которое было разбросано по полу. Ни оружия, ни бумаг поблизости Грейс не заметил.

Он опустил кровать, затем обошел комнату, вытирая все, чего касался, и на всякий случай множество других мест.

У двери сначала прислушался, затем вышел в коридор. Из квартиры напротив все еще доносился кашель. Стив спустился вниз, зачем-то заглянул в почтовые ящики и подошел к двери с табличкой "Управляющий".

Из-за двери доносился монотонный скрип. Он постучал, и пронзительный женский голос велел входить. Стив открыл дверь, взявшись за ручку платком, и вошел в комнату.

В центре комнаты в старом бостонском кресле-качалке качалась немолодая женщина с бесформенным телом. Она имела все, что положено иметь домохозяйке с Банкер-Хилл - кожу землистого цвета, волокнистые волосы, серые хлопчатобумажные носки. Женщина уставилась на Грейса с интересом дохлой золотой рыбки.

- Вы управляющая?

Женщина перестала раскачиваться и завопила:

- Эй, Джейк! К тебе! - и принялась опять раскачиваться.

Из-за приоткрытой двери раздался шум закрываемого холодильника, и в комнату вошел очень большой мужчина с банкой пива. У него были одутловатое глупое лицо, немного пука на абсолютно лысой голове, толстые бычья шея и подбородок и карие свиные глазки, такие же невыразительные, как у женщины. Еще вчера этому бугаю не мешало бы побриться. Из ворота рубашки без воротника виднелась огромная волосатая грудь. Джейк носил алые подтяжки с громадными позолоченными пряжками.

Здоровяк протянул женщине пиво. Она выхватила у него банку и заныла: