Ко всему прочему, Гвен неожиданно увлекся новой религией, как-то неожиданно возникшей далеко на юге. Вскоре это стало необычайно модно при дворе. Я игнорировала эти веяния. В моём роду испокон веков поклонялись Великому Древу. Древу, соединяющему землю и небеса, Древу, питающемуся водой, но питающему огонь, Древу, вечно умирающему и возрождающемуся вновь... Даже на моём родовом гербе было изображено Древо.

Но мой муж не был любителем старых обычаев, и вскоре во дворце поселились приверженцы новой веры. Особенно мне не нравился один из них, называвший себя отцом Ольфом. Он был настоящим фанатиком, хотя довольно ловко маскировался под вполне светского человека. Я избегала его...

Вскоре мой муж устроил очередное грандиозное празднество. Как всегда, было много шума, уйма развлечений, стол ломился от всяческой снеди. В разгар пиршества королю доложили, что прибыла знаменитая цирковая труппа. Разумеется, Гвен не мог не пригласить их. Середину зала живо очистили от столов, освободив место для выступления.

Не знаю, в самом ли деле труппа была знаменитой, однако клоуны, против моего ожидания, оказались действительно смешны, акробаты ловки, жонглеры умелы, а глотатели огня умудрились не поджечь ни одной портьеры.

Под конец выступал шут. Ему прислуживала дрессированная собачка. Таких аплодисментов, уверена, циркачи ещё никогда не слышали.

-Эй, ты! - окликнул Гвен шута, худого рыжего мужчину в потертом трико, расшитом блестками. - Держи!

Шут ловко поймал брошенный кошелек, но тут же с поклоном протянул его обратно.

-Благодарю, о король, - сказал он почтительно, - но мы, я надеюсь, будем развлекать тебя ещё не один день, а плату вперед мы не берем...

-Вот это мне нравится! - воскликнул Гвен. - Эй там, прикажите накормить циркачей да устройте их поудобнее!

Шут низко поклонился.