-Мы благодарны тебе, о король, - сказал он. - Ты щедр и гостеприимен. Я не взял у тебя золота, но позволь мне попросить о другой награде...

-О какой же? - с недоумением спросил Гвен.

-Прядь волос королевы, - снова склонился шут. Я удивленно приподняла бровь. - Ибо никакое золото не сравнится с сиянием её красоты...

"Вот это он зря, - подумала я. - Впрочем, откуда шуту знать, что Гвен терпеть меня не может... Но зачем ему мой локон?"

Однако король был настолько пьян, что не стал возражать и даже благосклонно улыбнулся мне. Я собственноручно отрезала прядь своих волос, протянула шуту. Тот, то и дело кланяясь, с невероятными ужимками и гримасами принял дар. А я почувствовала, как что-то скользнуло мне в ладонь... Мне достало выдержки не выказать удивления. Когда на меня перестали обращать внимания, я спрятала послание - а это было явно письмо, - за корсаж.

Циркачи давно уже ушли, а пир, перешедший в банальную пьянку, всё продолжался. Какая-то фрейлина уже пыталась танцевать на столе, что не слишком ей удавалось по причине сильного опьянения, в углу дрались, под столом кто-то храпел. Гвен откровенно обнимался со своей очередной фавориткой. Один только отец Ольф был трезв и ничуть не разделял всеобщего веселья.

-Разрешите задать вам вопрос, ваше величество, - обратился он ко мне. Я вздрогнула от неожиданности, но кивком позволила ему продолжать. Ольф неприятно улыбнулся и спросил: - Ваше величество, когда же вы наконец одарите его величество наследником? Ведь положение короля без законного наследника весьма шатко...

Старый мерзавец явно старался унизить меня. Разговоры стихли, все уставились на меня, кроме разве что тех, кто был мертвецки пьян. Но я - я была уже не той глупой девчонкой, которая рыдала по ночам, сетуя на несправедливость жизни.

-Это зависит исключительно от его величества, - дерзко ответила я, поднимаясь из-за стола. Отец Ольф заметно опешил - что ж, значит, он не посвящен в мой секрет. - Прошу извинить меня...