Так продолжается уже не одну сотню лет, и постепенно люди стали замечать, что из поколения в поколение, все те, кто прошел через этот ужасный ритуал, вырождаются, превращаясь в опасных зверей. С каждым годом эти изменения становятся все отвратительней и ужасней. Немногие из тех, кто еще сохранил человеческий облик, пытаются противостоять черным жрецам. Однако на стороне Макуды много сторонников. К сожалению, его темные догмы находят живой отклик в душах слабых и невежественных людей — все они слепо и преданно поклоняются Великому Чангу. Мы хотим, чтобы вы помогли нам избавиться от касты жрецов и их жестоких обрядов…

Заремба, на манер купцов с далекого Востока, насмешливо поцокал языком:

— О, добрый человек, наверное, вместо неприятных поклонений Макуде у вас в запасе имеются свои обряды, и они, конечно же, пойдут вашему народу только на пользу-

Рассказчик не обладал чувством юмора, и лицо его искренне омрачилось. После недолгого молчания Кулл спокойно поинтересовался:

— Но чем же мы можем вам помочь?

Человек напротив него взглянул прямо ему в глаза.

— Вы первые люди за последние пятьдесят лет, кто прибыл сюда. У вас есть мужество и желание жить.

Кулл усмехнулся.

— А куда же вы подевали свое мужество и свои желания?

Его собеседник тяжело вздохнул, с болью посмотрел на атланта и наконец ответил:

— Наши желания, свобода и жизнь находятся в руках Макуды. И не сомневайтесь, чужеземцы, теперь вы так же подвластны жрецам Великого Чанга, как и мы…

— Неужели? — ухмыльнулся Заремба, оскалившись белыми зубами.

— Такова воля Единственного и Непогрешимого Бога…

Чернокожий шкипер подкинул миндальный орешек, ловко поймал его открытым ртом и с иронией заметил:

— Ну, да, конечно, разве можно забыть такую простую истину, ведь нам об этом уже не раз говорили…

Рассказчик непонимающе уставился на него.