– От вас можно позвонить?
– Ну конечно.
Я набрал номер домашнего телефона Касаткина. Он, как я и ожидал, не спал.
– Это Колодин, – сказал я. – Вы выяснили?
– Сергей Андреевич Гончаров не является сотрудником ФСБ и никогда им не был.
– Сведения точные?
– Абсолютно! – подтвердил Касаткин.
С его положением и связями выяснить желаемое можно в любое время дня и ночи.
– Что ты думаешь по этому поводу? – спросил он.
– Надо подключать милицию.
В разговоре возникла пауза. Я понял, что Касаткин просчитывает варианты. Перебрал все доступные и остановился на единственно верном.
– Да, – сказал он в трубку. – Ты прав.
3
Когда Нина Тихоновна наконец поняла, что и мы о месте пребывания ее супруга не имеем ни малейшего представления, ей сделалось плохо. Пришлось вызывать «Скорую». Приехавший врач сделал укол. Женщина пришла в себя, и на ее лице даже вновь проступил румянец, но она все еще была слаба. Оставлять ее одну мы просто не имели права.
– Будешь здесь, – сказал я Демину.
– А ты?
– Я к Касаткину. Будем искать Гончарова.
Во дворе я обнаружил, что уже наступило утро. Касаткин почти наверняка на работе. И я поехал к нему.
Он был по обыкновению тщательно выбрит и выглядел безупречно, только глаза его выдавали – все-таки не спал ночь.
– Тут вот какое дело, – сказал мне Касаткин. – Формально ты вовсе ни при чем. Можно было бы предложить этой женщине самой обратиться в милицию. Ее муж, и наше дело – сторона. Но так нельзя.
Я и не сомневался в этом.
– Все-таки он исчез практически в процессе съемок. И если мы самоустранимся…
– Я и не собирался самоустраняться.
– Это хорошо, – кивнул Касаткин. – В общем, некрасивая история, Женя. Придется как-то выпутываться.
Я его понимал. Люди исчезают тысячами, и никого, кроме близких родственников, это вроде бы не волнует.