- Кому это - "им"? Ты за "них" жизнь свою молодую угрохал!

Илюша прервал его:

- Ты, комиссар, не горячись. Конечно, обидно, привыкли мы здеся, место хорошее, вокзал опять же близко, но дитям тоже надо где играть, плавать...

- В здоровом теле - здоровый дух,- заявил Мещанин.

- Это хорошо, когда здоровый,- мрачно и даже с угрозой начал Василий,только я так понимаю, что и нам не пристало бегать, как собакам. И чтоб "здоровый дух", тут одного спорткомплекса мало. И нечего тут непротивленчество разводить! Пошли за мною,- приказал он Седому и, не оглядываясь, чуть вразвалочку зашагал по дорожке.

В это время желтая луна вновь протекла сквозь облако, и в ее стылом слабом свете заблестели призрачные вечная кожанка и стоптанные, но круто начищенные сапоги Василия...

А во втором секторе почти кричал и надсадно кашлял Приват, хватая за пуговицы сюртука Присяжного:

- Нет-с, вы сначала признайте, что при таком накоплении деструктивных начал...

- Тихо! - резнул Василий. - Слушайте сюда!

В голосе зазвенел металл, тот самый металл, который перекрывал гам тысячной толпы на мятежном крейсере. Тот самый, который заставил поднять под густой свинцовый ливень, на последний, на победный и спасительный бросок остатки штурмового отряда. Тот самый, который не раз и не два становился главным аргументом на горластых и крутых митингах двадцатых...

Интеллигенты моментально смолкли.

- Говори,- Василий вытолкнул Седого вперед.

- А все знать должны. Спецкоманда приезжает...

- Какая команда?

- Ничего не знаем...

- Объясните всем!

Седой пожал плечами и сказал:

- Кладбище наше будут ликвидировать. Переносить. Вот-вот. Приедет такая специальная воинская команда, нас перезакопают на Солонцах; а тут будет спорткомплекс.

- Бона как!- крякнул Купец и, перекрестясь, забористо выругался.

- Простите, не понял, - Присяжный пробежал вверх-вниз пальцами по пуговицам сюртука. - Как это можно - ликвидировать кладбище? Это что, шутка? Кладбище! Это же не ветхая пожарная каланча...